Гагик Минасян: У нас есть достижения, но их не так много, как нам бы этого хотелось

АрмИнфо. Глава постоянной комиссии Национального собрания Армении по финансово-кредитным и бюджетным вопросам, республиканец Гагик Минасян в интервью АрмИнфо рассуждает о перспективах армяно-иранского экономического сотрудничества. А также о перспективах экономики Армении на 2016-й год, проблемах армянских производителей, связанных с санкционной войной России и Запада. 

Судя по выступлениям и направлениям поездок членов правительства Армении, в Ереване связывают определенные надежды с возрастающими возможностями постсанкционного Ирана. Поговорим об этом более предметно?      

Мы в Армении должны хорошо понимать суть трансформации, которой подвергся Иран. Если до этого, в определенном смысле, Армения являлась единственным окном для Ирана, то сейчас в постсанкционный период наш сосед получил 15 таких окон посредством всех своих соседей. Соответственно, нам следует признать, что все те ожидания, которые мы испытывали в отношении снятия санкций с нашего южного соседа, сегодня являются нереалистичными. Тем не менее, то что Иран сегодня открывается для всего мира содержит дополнительные возможности и для Армении. Конечно, если бы эти возможности существовали в период, когда Иран находился под режимом санкций и общался с миром в немалой степени посредством Армении, наша страна получила бы гораздо больше возможностей и преференций.

Тем не менее, все ли еще реален проект строительства железной дороги Иран-Армения в складывающихся условиях?  

Мы должны понимать, что на Север помимо Армении у Ирана есть альтернативный путь через Азербайджан. А северные коммуникации, в частности, в направлении черноморских портов для Ирана очень важны. Посему, стремление этой страны связаться с портами Причерноморья посредство шоссейных и железных дорог выглядит довольно реалистично. Проект строительства железной дороги Иран-Армения по-прежнему в силе, но требует больших инвестиций, как минимум, $3,5 млрд. Следует признать, что найти такую сумму довольно затруднительно, но в случае если нам это все же удастся, мы получим самую короткую дорогу, которая свяжет порты Персидского залива с портами Черного моря. Бенефициариями подобной программы станут не только Армения, Грузия и Иран, но и ряд других стран. И главным нашим конкурентом является проект строительства железной дороги на север из Ирана в Азербайджан. И сегодня в долгосрочной перспективе очень сложно предугадать, какой из этих проектов для Ирана более выгоден. Я это особо подчеркиваю, учитывая, что очень сложно предугадать дальнейшее развитие отношений между ИРИ и Азербайджаном даже в ближнесрочной перспективе. На мой взгляд, существует высокая степень вероятности серьезного ухудшения этих отношений. В этом свете, Тегерану очень сложно отдать однозначное предпочтение более дешевому азербайджанскому железнодорожному транзиту. Соответственно, я не считаю шансы армянского проекта невысокими. Намного более реалистично выглядит проект строительства автомагистрали Север-Юг уже находящийся в стадии реализации. Я не исключаю, что Иран попробует экспортировать газ и нефть через территорию Армении в северном направлении, а оттуда в Европу.

Некоторые аналитики считают, что этому может воспротивиться Россия…

Более чем очевидно, что такая перспектива для России неприемлема. Однако, учитывая, что иранский газ и нефть, через Армению или нет, но, так или иначе, в Европу попадут, для Москвы гораздо более приемлемым является именно армянский транзит. Поэтому члены ЕАЭС также должны призадуматься, выгоден ли им вариант иранского транзита через территорию члена ЕАЭС Армении. 

Известно, что на данный момент две китайские компании осуществляют ТЭО строительства железной дороги Иран-Армения. У Вас есть более обширная информация?

Думаю, что реальная перспектива финансирования Китаем этого масштабного проекта, действительно просматривается. И визиты и договоренности, достигнутые президентом и премьер-министром Армении в ходе их недавних визитов в Китай – лишнее тому свидетельство. В декабре Китай с этой же целью посетит и министр транспорта и связи нашей страны Гагик Бегларян. И все эти предварительные договоренности, и ведущиеся переговоры ведут в направлении реализации этого важного для Армении проекта. Обретут ли они практическое наполнение, покажет время. Мы не должны забывать, что Китай также оглядывается в направлении проекта строительства железной дороги через Азербайджан. Разница в преимуществах, и весь вопрос в том, что преобладает -экономическая выгода или же политические резоны.

Армения и Грузия достаточно долгое время ведут весьма активные переговоры. Можно ли отметить, что именно в направлении строительства коридора Север-Юг? 

Несомненно, это так. Но эти переговоры отнюдь не ограничиваются Арменией и Грузией. В эту программу вовлечен Иран и весь арабский мир. Дело ведь не ограничивается железнодорожными перспективами и реализующейся программой строительства автострады Север-Юг. Мы имеем большие возможности развития армянской энергетической системы посредством ее связывания с грузинской и иранской энергосистемой. Этот проект уже финансируется и реализуется и очень скоро позволит нам выйти на Россию, учитывая синхронность грузинской и российской энергосистем. Это является дополнительной возможностью укрепления связи Север-Юг посредством электроэнергетического коридора.                       

Когда Вы говорите о выходе на Россию, Вы имеете в виду исключительно черноморские порты или все же прямой сухопутный выход через территорию Абхазии? Этот проект все еще обсуждается?

По части автострады Север-Юг могу сказать, что она рассчитана на программы минимум и максимум. Минимум – порты Черного моря, максимум рассчитан на открытие абхазского участка с прямым выходом на Россию. Но один лишь выход на причерноморские порты Грузии даст нам широкие возможности быстрой и сравнительно недорогой доставки грузов не только в Европу, но и ту же Россию. Мы все понимаем, что дорога через Верхний Ларс чрезвычайно проблематична. Мы все отслеживали информацию о ремонте железнодорожного полотна в Абхазии российскими военными до Грузии. И могу отметить, что грузино-российские отношения имеют серьезную тенденцию к потеплению. Но я еще ни разу не слышал от грузинских коллег намерения открыть сообщение с Абхазией, хотя это для Грузии чрезвычайно выгодно в экономическом плане. Не исключаю, что в ближайшее время в Тбилиси могут обратиться к этой проблеме.

Власти Армении на самых различных уровнях предрекают армянской экономике не очень радужное будущее в 2016-м. Поделитесь Вашим прогнозом?

В сравнении с 2015-м, 2016 год в экономическом плане действительно будет довольно сложным. И обусловлено это отнюдь не одним падением объема зарубежных трансфертов, как это принято у нас считать. К сожалению, никто сегодня не может прогнозировать, какое развитие получат западные санкции в отношении России. Плюс к этому - падение цен на энергоносители и нефть в первую очередь. Меж тем, именно Россия является одним из главных торговых партнеров Армении, учитывая объемы нашей продукции, реализуемой на российском рынке. И падение платежеспособности и соответственно покупательной способности россиян прямо отражается на объемах армянского экспорта в Россию. На мой взгляд, именно данные соображения лежат в столь пессимистичной оценке властей Армении относительно возможностей экономического развития страны в 2016-м. Однако, есть еще одно соображение. На фоне резкого падения объемов импорта в Армению, падение объемов экспорта не выглядит особо внушительным. Это говорит об определенной диверсификации внутреннего потребления в Армении. За первые 9 месяцев 2015-го объемы импорта снизились более чем на 30%, в то время как экспорта лишь на 2%. На мой взгляд, данные цифры свидетельствует о нашей способности задействования в существующей ситуации внутренних производственных ресурсов. Конечно же, они не очень велики, более того, не все они задействуются, но в складывающейся финансово-экономической ситуации мы просто обречены ставить акценты на внутреннее производство. В существующих неблагоприятных финансовых условиях, иной альтернативы падающему импорту не существует. Таким образом, единственным нашим положительным ожиданием на 2016-й является активизации иранской экономики и рынка, которая при должном раскладе может компенсировать Армении падение российского рынка.

Вы отметили падение возможностей закупоренного «санкционной войной» российского рынка. Однако, этот же процесс создал для армянских экспортеров и новые возможности. И рост объемов валовой продукции сферы сельского хозяйства на 11,3%, и кредитования сельских регионов республики на 14,3%за первые 9 месяцев 2015-го тому лишнее свидетельство.

Действительно, мы наблюдали и продолжаем наблюдать рост объемов вывозимой в Россию из Армении сельскохозяйственной продукции. Проблема в другом. Российский рубль девальвировался в отношении американского доллара намного больше чем армянский драм. Это привело к ревальвации драма в отношении рубля. И подобная ревальвация вполне естественно приводит к проблемам в ценообразовании реализуемых на российском рынке армянских товаров и падению оборотов наших производителей и получаемой от этого валюты.    

Госдолг Армении приближается к критическим 50% ВВП. Не пора ли предпринимать соответствующие шаги, дабы избежать участи Греции?

Мы действительно приближаемся к этому показателю. И имея 47-процентный госдолг, дефицит по отношению к ВВП не должен превышать 3-процентный показатель. В этом свете, конечно же, возникает необходимость более эффективного управления привлекаемых кредитных средств. Иными словами, кредиты обеспечивающие развитие экономики, рост ВВП и, соответственно, налоговых поступлений в госбюджет должны преобладать над кредитами, покрывающими его дефицит. На мой взгляд, практически все наши ближайшие кредиты должны браться именно под развитие экономики. Наряду с этим необходимо серьезно ужесточить контроль над целевым использованием кредитных средств.

В качестве причин, мешающих развитию армянской экономики, Вы отметили лишь причины внешние. А как насчет причин внутренних?

Они, несомненно, существуют и их также немало. Отсутствие абсолютного рынка, существование сверхконцентрации в ряде отраслей экономики, прямо скажем, не создает больших возможностей для развития внутреннего рынка. Бесспорно и наличие коррупции. Все эти внутренние проблемы мы пытаемся шаг за шагом решать, и на этом пути у нас, конечно, есть достижения, но также бесспорно, что их не так много как нам бы этого хотелось.