Среда, 10 Ноября 2010 12:31

Бездействие институциональных инвесторов: “борьба мотивов” или соблазн заработать более легким способом

АрмИнфо. Интервью гендиректора Фондовой биржи NASDAQ OMX Armenia Армена Меликяна информагентству “АрмИнфо”

Г-н Меликян, начну с одной из самых актуальных для финансового рынка Армении задач. Совсем скоро, уже с 1-го января 2011 года в Армении, как Вам известно, вступит в силу закон об Обязательном страховании автогражданской ответственности (ОСАГО). В процессе становления в Армении этого института страховщикам предстоит решить много насущных задач, одну из которых они связывают с неготовностью внутреннего финансового рынка к освоению резервов, которые будут сформированы в рамках ОСАГО. Хотелось бы узнать мнение гендиректора биржи - на самом деле с рынком капитала все так безнадежно, что все эти миллионы надо размещать на рынках зарубежья. У нас нет инструментов, где эти средства могли бы быть эффективно размещены? Если нет, то почему мы оказались сегодня в такой тупиковой ситуации?

Ответ на этот вопрос уходит своими корнями в 90-ые годы. Мы все очень хорошо понимаем, что развитие рынка капитала в первую очередь зависит от институциональных инвесторов. Такими инвесторами выступают, как правило, инвестиционные фонды, пенсионные фонды и страховые компании. Из трех мною перечисленных структур в Армении в 90-ые годы существовали только страховые компании, но, никогда, начиная со дня их деятельности на финансовом рынке, и по сей день, они не вкладывали свои резервы на рынке капитала Армении. Кто должен развивать рынок капитала в нашей стране - Биржа, Центральный Депозитарий и регулятор? В таком случае для чего нужны институциональные инвесторы?

Объясните, почему эти структуры, роль которых во всем цивилизованном мире возрастает, у нас напротив, не играют никакой роли в развитии рынка капитала? Они сегодня ссылаются на отсутствие надежных и ликвидных инструментов инвестирования на местном рынке.

Вопрос этот - палка о двух концах. На местном рынке есть и надежные, и ликвидные финансовые инструменты. Есть достаточно большое количество потенциальных эмитентов, причем довольно надежных. Почему эти эмитенты не выходят сегодня на рынок капитала? Чтобы ответить на этот вопрос необходимо вспомнить процесс приватизации госимущества, когда тысячи крупных и средних предприятий были приватизированы среди их же работников. После приватизации госимущества в стране были созданы банки, брокерские компании, фондовая биржа, Центральный Депозитарий, были созданы и одни из главных игроков рынка капитала - страховые компании. Был также регулятор в лице Минфина, позже была создана Комиссия по ценным бумагам, сегодня регулятором рынка ценных бумаг в Армении выступает Центробанк в роли мегарегулятора.

К большому сожалению, в процессе перераспределения собственности не удалось избежать ряда серьезных упущений. В частности, не было проведено никаких объяснительных программ среди населения. Людям просто раздали ваучеры, номинальная стоимость которых была равна 20 тыс. драмам каждый. С начала процесса приватизации их рыночная стоимость резко упала, и временами цена одного ваучера не превышала и двух тысяч драмов. В результате сегодня мы имеем около 4 тысяч открытых акционерных компаний и 150 тысяч акционеров, подавляющее большинство которых до сих пор незнает своих прав и обязаностей. Именно отсутствие знаний о рынке капитала у населения приводило к ситуациям, когда многие считали себя обманутыми и в данный момент это является основным тормозящим фактором в развитии рынка капитала Армении.

Теперь вспомним 2004 год, когда в листинге на бирже было около 200 компаний, акции которых котировались по цене гораздо ниже номинальной. Есть такое понятие как book value (балансовая стоимость), значение, которое формируется на базе номинальной стоимости акций компании, имеющихся резервов и прибыли/убытков. Если book value компании меньше номинальной стоимости акций, это означает, что компания либо на грани ликвидации, либо должна уменьшить свой капитал. Когда иностранные инвесторы увидели балансы этих компаний, они, не раздумывая, начали скупать эти акции, что естественно привело к росту их стоимости. К примеру, стоимость акций ОАО “Завод чистого железа” при номинале в 10 тысяч драмов повысилась до 120 тысяч, а сегодня она стоит уже 300 тысяч. Акция Ереванского коньячно-винно-водочного комбината “Арарат” при номинале 8 тыс. драмов стоила на бирже 500 драмов, сегодня одна акция уже стоит свыше 100 тысяч драмов.

Еще до этого - в 2000 году вступил в силу закон “О регулировании рынка ценных бумаг”, тогда и была создана Комиссия по ценным бумагам. Новые директивы предполагали довольно жесткое регулирование рынка, к чему не были готовы участники этого рынка, в частности, брокеры, однако это не помешало нам принять новый закон и тем самым допустить уже вторую грубейшую ошибку, а именно резко уменьшить количество участников на рынке. Первая ошибка была допущена в начале приватизации, когда населению ничего не объяснили, и отсутствие знаний привело к резкому и искусственному обесцениванию акций, чем и подорвали их доверие к рынку капитала.

По официальным данным из-за рубежа ежегодно в нашу страну поступает около 2 млрд долларов в виде частных трансфертов. Что делает население с этими деньгами? Тратит на свои нужды, платит налоги, держит в банках. Посмотрите график изменения объема депозитов в банках Армении. Кто-либо пытался эти сбережения привести на рынок капитала? Кто должен был этим заниматься - биржа, депозитарий или регулятор? Нет, конечно. Этим должны были заняться участники рынка, а именно брокеры.

У тех же брокеров есть и свои не менее обоснованные доводы в пользу своего бездействия, каждый из них сегодня зарабатывает своими методами. Почему все проблемы рынка взваливают на брокеров?

Задам вам встречный вопрос. Кто-либо из наших брокеров, с кем Вам доводилось встречаться по работе, предложил Вам приобрести акции “Арцах ГЭС”?

Нет.

В этом как раз и заключаются проблемы рынка капитала. Наши брокеры не умеют работать с клиентами. Знаете, как брокеры работают за рубежом? У брокерских компаний огромный штат, который работает вне офиса - с буклетами, проводит различные презентации, встречается с простыми гражданами, рассказывает о преимуществах того или иного инструмента. Наши брокеры, к сожалению, от иностранных брокеров берут на “вооружение” красивые офисы, а не качественный сервис. И в этом, должен отметить, не только их вина – они были просто не готовы к таким серьезным преобразованиям. При всем при этом, необходимо отдать дань справедливости: еще в 2000 году брокеры довольно активно встречались с инвесторами, эмитентами, предлагали выпустить ценные бумаги

И что это изменило? Их работа дала какие-то положительные результаты?

Брокеры неплохо работали, кто-то же обслуживал иностранных инвесторов в Армении. Часть их начала работать по новым стандартам, подстраиваться под требования иностранных инвесторов, те брокеры, которые не изменили свой подход к работе, попросту ушли с рынка. Из 56 брокеров на рынке капитала к концу 2007 года осталось всего лишь 20.

Брокеры предпочитают иностранных инвесторов, потому что с ними гораздо легче работать, у них есть стратегия и тактика переговоров. Когда я был брокером, у меня было не мало постоянных клиентов, для которых я создавал инвестиционный портфель, покупал и продавал для них ценные бумаги. С иностранным инвестором я мог общаться всего лишь раз в месяц. Между тем внутренний инвестор пользовался каждым удобным случаем, чтобы нанести мне визит, потому что опасался быть обманутым мною. Эта боязнь идет из допущенных ранее во время приватизации ошибок. Теперь представьте, сколько средств и времени должен потратить брокер, чтобы убедить местного инвестора, речь идет, в том числе о простых гражданах, инвестировать в ценные бумаги. Поэтому брокеры местным инвесторам предпочли иностранных.

Вы говорите у внутренних инвесторов нет доверия к ценным бумагам и их трудно убедить вкладываться на рынке капитала. Почему до того же финансово безграмотного и утратившего доверие населения дошло, что можно держать свои сбережения в банках. Ведь банки же то же не безгрешны, они то же когда-то не оправдали ожидания своих вкладчиков?

Потому что в то время не было альтернативных инструментов инвестирования. У людей было два варианта – либо держать свои сбережения в депозитах, либо дома под подушкой.

Как брокер создает финансовый инструмент? Он вступает в переговоры с эмитентом, убеждает его выпустить корпоративные облигации или акции. Любому бизнесмену нужны деньги на реализацию определенных проектов. Но любой бизнесмен, прежде чем согласится с предложением брокера, потребует от него гарантию того, что брокер сможет собрать с рынка необходимую сумму денег. Как сегодня брокеру в условиях отсутствия на рынке институциональных инвесторов давать эмитенту какие-либо гарантии? Сегодня единственный на рынке капитала институциональный инвестор - это страховые компании. Они, согласно нормативу инвестирования, вправе вкладывать свои страховые резервы в гособлигации, депозиты и в валюту. Почему в нормативе инвестирования страховых компаний в качестве инструмента инвестирования не вписаны ценные бумаги? Я, начиная с 2000 года, и страховым компаниям и всем регулятивным органам предлагал внести изменения в норматив инвестирования страховых резервов. Мое предложение заключалось в том, чтобы определенная часть страховых резервов вкладывалась также в ценные бумаги, находящиеся в листинге А.

А если в листинге нет таких компаний?

Они появились бы, потому что потенциальных эмитентов, претендующих на право оказаться в категории А, было, на самом деле, не мало. А до их появления страховые компании могли бы продолжать инвестировать свои страховые резервы в альтернативные инструменты инвестирования, в те же депозиты, гособлигации и валюту. Есть одна истина, которую мне приходится повторять снова и снова – рынок капитала развивается за счет институциональных инвесторов, другой альтернативы просто нет. Между тем наши страховые компании, по сути, единственные институциональные инвесторы на рынке, свои страховые резервы никогда не вкладывали в ценные бумаги

Почему на Ваше предложение внести в норматив инвестирования изменения в пользу ценных бумаг никто никак не отреагировал?

Этот вопрос адресован не ко мне. Приведу Вам пример Казахстана. В 2002 году, во время пенсионной реформы на финансовом рынке Казахстана появились первые институциональные инвесторы, которые согласно нормативу инвестирования были обязаны часть своих сбережений вкладывать в ценные бумаги. У них тоже к тому времени не было ликвидных акций и облигаций, но они же появились, причем практически мгновенно. В 2008 году, когда на рынок капитала Армении вошел NASDAQ OMX, на рынке по-прежнему не было пенсионных фондов, не был изменен также норматив инвестирования страховых резервов. Между тем, рынок корпоративных облигаций стал развиваться. Причем выход эмитентов на рынок корпоративных заимствований никак не был продиктован отсутствием у этих эмитентов финансовых средств. Все они были финансово достаточны. Ознакомьтесь со списком эмитентов и поймете это сами. На самом деле практически все эти компании создавали себе историю, прощупывали рынок и реально готовились к IPO, потому что был спрос со стороны иностранных инвесторов. Ударил финансовый кризис, естественно ушли и иностранные инвесторы, “заморожены” и все проекты по IPO. Брокеры и банки стали активно предлагать населению услуги Интернет-трейдинга с выходом на международные фондовые рынки – американские, российские и так далее. Тем самым, они уподобились сегодня почтальонам - вступают в сотрудничество с зарубежными брокерскими компаниями и покупают через них для своих клиентов зарубежные бумаги. Зачем им тратить свое время и деньги на создание нового инструмента, когда они довольно успешно работают с уже сформированными ликвидными инструментами?

Я хорошо понимаю и брокеров, желающих заработать, и страховщиков, которые предпочитают вкладывать свои резервы в ликвидные и высокодоходные инструменты. Но мы ведь создавали институциональных инвесторов не для того, чтобы финансировать экономику зарубежных стран? Кто же будет работать во благо развития нашей экономики, если не наши же институциональные инвесторы.

А что, страховые компании сами должны вносить какие-то дополнения в свои нормативы?

Подобные решения обсуждаются, как правило, с участием всех заинтересованных сторон.

Если институциональный инвестор вкладывает часть своих сбережений на рынках зарубежья, он, таким образом, предпочитает оказать содействие развитию экономики другого зарубежного государства. Многие говорят, что это имеет и свои положительные стороны для внутренней экономики. Прекрасно, в таком случае, зачем в Армении нужен рынок капитала? Для чего нужна стране фондовая биржа, для чего нужен Центральный Депозитарий? Пусть за счет средств нашего населения развивается экономика США, Европы и России. Я уже не говорю о том, что, инвестируя в ценные бумаги зарубежных компаний, мы можем косвенно профинансировать и помочь развитию экономики наших непосредственных государств-соседей.

Я вновь обращаюсь к страховым компаниям с предложением внести дополнение в норматив инвестирования в пользу ценных бумаг. Если в листинге А нет ценных бумаг, вкладывайте отведенную на ценные бумаги долю резервов в альтернативные инструменты инвестирования. Это право у Вас никто не отбирает. Если Вы против таких изменений в нормативе, финансируйте экономику зарубежных стран. Именно от Вас сегодня зависит, будет этот норматив изменен или нет. В ином случае лучшие эмитенты Армении будут искать возможности для прохождения листинга за рубежом.

Об этом сегодня реально говорить?

Для того чтобы экономика страны развивалась, должен развиваться бизнес. Развитие бизнеса, в свою очередь требует определенных инвестиций. Если внутри страны бизнес не может добыть этих инвестиций, то придется помочь ему привлечь эти деньги хотя бы за рубежом. Но не забывайте, что в конечном итоге бизнес финансируется за счет иностранного капитала и твоя экономика впадает в зависимость от иностранного инвестора. И такие тенденции глобального рынка, как финансово-экономический кризис, могут не на шутку расшатать всю экономику. Как проявился финансовый кризис в России? В первую очередь из-за серьезного оттока иностранного капитала. И если бы российское правительство не предусмотрело бы создание стабилизационного фонда, нетрудно догадаться, что произошло бы в этой стране.

Какой объем страховых резервов, страховщики смогут сформировать только в рамках ОСАГО?

Предположительно около 10-12 млрд драмов. Если хотя бы 30% - около $12 млн от общего объема этих активов направить на рынок ценных бумаг, бизнес естественно отреагирует на такую возможность, особенно в условиях, когда альтернативных источников финансирования в таких серьезных объемах у нас в стране нет.

Какая политика регулирования должна проводится сегодня на рынке ценных бумаг? Что эффективнее позволит рынку развиваться самотеком или все-таки надо поставить его в жесткие рамки, как это было с банками?

В период, когда я занимался брокерской деятельностью, я был сторонником “открытого” развития.

Тогда ведь рынок не плохо работал, были серьезные объемы, инструменты инвестирования.

Да, но никто не говорит, сколько людей в те годы оказались обманутыми. Акции у них тогда скупали по бросовым ценам. Многие даже открывали фирмы, скупали обманным путем целые заводы. В итоге мы получили недоверие нашего населения - одного из главных игроков рынка капитала. Поэтому, хоть я и был когда-то сторонником свободного развития, сегодня я, скорее, сторонник жесткого регулирования, хотя понимаю, что такое регулирование сильно замедляет развитие рынка. Кроме того, к такому регулированию не готовы наши брокеры. В конце концов, американцы потратили добрых 200 лет, прежде чем перешли к такому регулированию. Надеюсь, через пару лет все изменится к лучшему, и зависит это главным образом от желания институциональных инвесторов. Альтернативы у нас просто нет.

Если в нормативной базе институциональных инвесторов – страховщиков, а в будущем и управляющих пенсионными фондами не произойдут те изменения, от которых зависит дальнейшее существование фондового рынка, как поступит биржа?

Биржа продолжит обслуживание тех сегментов финансового рынка, которые приносят ей прибыль. Будет спрос на корпоративные облигации, акции или какой-либо другой инструмент будем обслуживать эти инструменты, не будет спроса - не будет торговой площадки по инструменту. Зачем бирже нести затраты на работу площадок, где в течение торговой сессии не бывает сделок. Для чего каждое утро на протяжении уже 10 лет Биржа порядочно открывает торговую сессию на этих площадках? Чтобы Биржу не винили в неумении и нежелании работать, а что получает Биржа взамен – безразличие тех же институциональных инвесторов. Больше мне нечего добавить.

Бабаян Элита

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

RUB	4.93	0.02
USD	377.84	0.87
EUR	445.25	0.54
GBP	509.74	0.64
CAD	275.72	0.08
JPY	24.24	-0.11
CNY	54.92	0.33
CHF	488.42	1.88

Новости

Бездействие институциональных инвесторов: “борьба мотивов” или соблазн заработать более легким способом