Цена вопроса: во что обойдется Армении строительство ММР

АрмИнфо. В ближайший год–полтора Армении предстоит принять ряд важнейших решений относительно дальнейшего политического, геостратегического и экономического развития. В экономическом плане, а возможно, и в более широком аспекте, Армении предстоит определить, какой страной она хочет, может и должна быть.

Наиболее значимое решение, которое предстоит выработать и принять Еревану, состоит в определении будущего атомной энергетики Армении, а следовательно, и будущего социально-экономического характера республики – быть ли республике “сервисной” страной, например с развитым туристическим и ресторанным бизнесом, с обширной и разнообразной сферой услуг и минимальной сложностью экономики, или быть  высокотехнологичной индустриальной страной, со сложной экономикой, с высокой долей добавленной стоимости труда и производства, готовой принять вызовы времени. Решения, которые должны быть приняты, определяющим образом повлияют на то, в какой стране будут жить наши дети и внуки, и будут ли они в ней жить вообще.

Комментируя в беседе с корреспондентом АрмИнфо вопрос о решении властей страны предоставить право американской компании провести исследования по строительству в Армении малой модульной АЭС по американской технологии, национальный эксперт ООН по энергетике Ара Марджанян отметил, что на сегодняшний день у республики есть всего три потенциальных партнера: Россия, США и Франция.  

Марджанян подчеркнул, что разговоры о “модульных” АЭС малой мощности американского производства, действительно, составляют существенную часть сегодняшнего общественного дискурса по этой теме. Следует отметить, продолжил эксперт, что по объемам установленной мощности атомной генерации электроэнергии, США занимают первое место в мире. По состоянию на июль 2024 г. в эксплуатации в этой стране находились 94 энергетических реактора с суммарной установленной мощностью почти 97 тыс. МВт, что составляет почти 26% от суммарной установленной атомной энергетической мощности в мире. Второе место занимает Франция (56 реакторов, 61.4 тыс. МВт, 16.4%), за ней следует Китай (56 реакторов, 54.2 тыс. МВт, 14.5%) и Российская Федерация (36 реакторов, 26.8 тыс. МВт, 7.24%). Замыкает пятерку лидеров Южная Корея (26 реакторов, 25.8 тыс. МВт, 6.3%).

Однако, как заметил Марджанян, последняя АЭС в США (“Уатс Бар”) была построена четверть века назад, а последние два атомных блока США (блоки №3 и 4 АЭС “Вогтль”), хоть и были подключены к сети 31 марта 2023 г. и 6 марта 2024 г. соответственно, но произошло это лишь спустя 11 лет после начала их строительства, и после значительной временной паузы в строительстве новых атомных генерирующих мощностей. Из 135 блоков в США 94 сегодня находятся в эксплуатации, а 41 выведены из эксплуатации и находятся в состоянии “постоянного останова”. В период с 1970 по 1985 гг. в США было введено в эксплуатацию 86 атомных энергоблока, т.е. темп ввода в строй за этот период времени составлял примерно 6 блоков в год. Однако за следующий 15-летний период, с 1985 по 1990 гг., в США было введено в строй всего 30 блоков, тем самым, темп ввода уменьшился почти в 3 раза. А с 1990 по 2005 гг. в эксплуатацию было введено всего 4 новых атомных энергоблока, или примерно один блок за 4 года. Иначе говоря, по сравнению с 70-ми годами прошлого века в США произошло падение темпа ввода в строй новых атомных генерирующих мощностей в 24 раза.

По словам аналитика, с окончанием эпохи “модерна”, к началу 80-х годов прошлого века замедлилось научное и технологическое развитие в западном мире, и в областях, связанных с энергетической промышленностью. Фокус развития переместился в сферу вычислительной техники, информационных технологий и возобновляемых источников энергии. Кроме того, низкие цены на природный газ, быстрота ввода в эксплуатацию современных газотурбинных установок, их дешевизна и маневренность создавали привлекательную альтернативу дорогим и медленно строящимся АЭС. Следует также указать и на массированные усилия “угольного лобби”, прежде всего, в США и в ряде других стран, что привело к заметному торможению развития атомной энергетики в мире.  И, наконец, три тяжелые аварии - 28-го марта 1978 г. на АЭС “Три-Майл-Айленд” в США, 26-го апреля 1986 г. на Чернобыльской АЭС в СССР и 11-го марта 2011 г. на АЭС “Фукушима-1” в Японии, оказали существенное влияние на замедление ввода в строй новых атомных энергоблоков в США и в мире, что  привело к усложнению и «забюрокрачиванию» процедур лицензирования проектов новых атомных энергетических реакторов, выдачи лицензий на их строительство и эксплуатацию.

С правовой точки зрения, как подчеркнул эксперт, строительство атомных блоков в США может начаться только после выполнения некоторых обязательных процедур. Первым шагом здесь является выдача лицензии на проект данного реактора. На сегодняшний день лицензирование малых модульных реакторов в США – длительный и дорогостоящий процесс. Проектная лицензия необходима и для строительства блоков за пределами США. Несмотря на ряд принятых мер по облегчению прохождения этих многоуровневых процедур, на сегодняшний день процедуру лицензирования прошел только реактор малой мощности американской компании NuScale, при этом лицензия с рядом существенных замечаний в части безопасности технологии была выдана еще на первую модель реактора (50 МВт), и компания вынуждена проходить повторную процедуру лицензирования реактора повышенной мощности. При этом в 2023 году в связи с превышением прогнозных коммерческих показателей NuScale отменила пилотный проект с 6 модулями в США, что привело к падению акций компании, сокращению персонала и выплате штрафа заказчику проекта.

Что касается Франции, то, как подчеркнул эксперт, эта страна намерена лишь с 2027 года начать строительство шести новых атомных блоков типа EPR. Разработанная во Франции модель EPR (European Pressurized Reactor) - тип водно-водяного энергетического реактора с водой под давлением (ВВЭР) поколения «три плюс» - была призвана возродить атомную энергетику после Чернобыльской катастрофы и обеспечить большую мощность при большей же безопасности. Три таких реактора были сданы в эксплуатацию - один в Финляндии и два в Китае.

Два реактора EPR с декабря 2018 года строятся в Великобритании. Но при строительстве такого типа ядерных реакторов не только в Финляндии, но и во Франции, и в Великобритании наблюдались регулярные задержки, срывы сроков и бюджета проектов. Так, первый реактор EPR во Франции на АЭС во Фламанвиле, в Нормандии, по данным государственного французского концерна EDF, был автоматически остановлен спустя пару дней после первой попытки запуска ядерной реакции в нем в сентябре этого года. Его строительство длилось 17 лет с 12-летним отставанием от графика, а расходы составили свыше 13.2 млрд евро, что в четыре раза выше, чем изначально было предусмотрено. Строительство двух блоков в Великобритании на АЭС Хинкли Поинт С, в соответствии с новым заявлением компании EDF, вряд ли будет закончено ранее 2030 года, при этом компания регулярно заявляет о росте стоимости проекта. Разработка малых модульных реакторов в Франции находится на этапе разработки концептуального дизайна.

В целом, как заметил Марджанян, в вопросе ММР следует иметь в виду цену проекта. Согласно расчетам, проведенным в рамках исследования экспертами DIW, по состоянию на 2021 год стоимость строительства модульных реакторов составляла порядка $7 тыс. за киловатт мощности. Тем самым, только расчетная стоимость реактора мощностью в 300 МВт составит более двух миллиардов долларов США. При этом, данный показатель является ориентировочным и не учитывает стоимости привлекаемых кредитов на строительство ММР.

Согласно расчетам экспертов, когда ММР выйдут на рынок, они будут дороже, чем нынешние крупные атомные реакторы. А дешевле они могут стать только тогда, когда
производство отдельных модулей достигнет крупных промышленных масштабов.

На этом фоне, как отметил эксперт, Российская Федерация не прекращала работ по активному развитию атомной энергетики, в том числе, и по линии ММР, и не только в своей стране. Строительство крупных современных и надежных атомных энергоблоков в Иране, Египте, Индии, в других странах является наглядным тому подтверждением. Более того, заметил эксперт, Москва уже приступила к строительству ММР в Якутии, а также подписала контракты на их строительство в Узбекистане, где будут построены шесть реакторов с общей установленной мощностью в 330 МВт. “Однако даже в этом случае не следует сбрасывать со счетов цену вопроса”, - резюмировал эксперт.