Банки и экономика: разнонаправленность с притязанием на рост

АрмИнфо.Предварительные итоги 2016 года, зафиксированные в опубликованных балансовых показателях армянских банков, дают надежду на оживление в 2017 году общей экономической ситуации в стране. Такое мнение высказал в интервью корреспонденту  Новости Армении - NEWS.am руководитель рейтингового агентства AmRating, гендиректор информационной компании АрмИнфо Эммануил Мкртчян. Он убежден, что данные по банковской системе страны оказались выше ожиданий и свидетельствуют о постепенном расширении кредита, способствующего росту экономической активности.

На чем основывается ваше мнение о том, что в 2017 году экономика Армении начнет выходить из кризиса?

На самом деле, ставить вопрос о выходе страны из экономического кризиса пока не приходится, хотя бы потому, что мы имеем дело со слишком низкой базой, и в рамках этой базы нам необходимо пройти определенный путь – дистанцию - после чего уже можно будет говорить о создании предпосылок для начала выхода из состояния экономической стагнации. И о появлении таких первых предпосылок говорят итоги работы банковской системы страны. Я имею в виду наличие явного и существенного дисбаланса между показателем экономической активности Армении в 2016 году - а это всего 0,5% - и существенным ростом основных показателей банковской системы. Подобные дисбалансы и нестыковки вполне оправданы в условиях, как я уже говорил, низкой базы и несбалансированной структуры нашей экономики. Однако, цифры говорят сами за себя. Смотрите. Если рост ВВП страны с 2015 года замедлился с 3,1% до 0,5%, то важный  показатель кредитной активности банков, напротив, возрос с 1,1% до 16%. Казалось бы, мы столкнулись с парадоксальным явлением, но против фактов не пойдешь. Ведь что такое банковская система. Это, образно говоря, лакмусовая бумага экономики. И если в отличие от 2015 года, в минувшем году был зафиксирован столь существенный рост кредитной активности, значит с определенным временным лагом эта активность должна частично найти свое отражение в показателях активности экономической. Тем самым, говоря о взаимозависимости здоровья банковской системы и экономики в целом, можно говорить и о том, что первая в некотором роде способна стать предвестником состояния второй.

К сожалению, пока, у нас нет под рукой такого важного показателя как инвестиционная позиция банковского сектора, да и кредитный портфель – предварительный, брутто, и пока не «отсеян от плевел». И тем не менее, рост показателя кредитной активности настолько внушителен, что не оставляет никаких сомнений. Совокупные кредитные вложения банков по итогам 2016 года превысили 2,5 трл. драмов или 5,2 млрд долларов США. Это существенная цифра.

Не связан ли этот рост кредитных портфелей с процессом объединения банков, который имел место в минувшем году? 

Думаю, что конечно же, процесс консолидации системы повлиял на общий рост валюты баласа некоторых банков, но это не могло стать основным драйвером столь значительного роста совокупного кредитного портфеля. Такой вывод напрашивается и потому, что не все игроки должны были пополнить капитал, так как он у них уже был в достаточной мере, и не все приняли участие в сделках по слиянию и поглощению, в результате которых число банков в стране сократилось с 21 до 17. Тут можно говорить как об органическом росте, причем вполне успешном и очень значительном, так и о росте, так или иначе, связанном с процессом консолидации. И в том, и в другом случае банковская система сработала «на славу». К примеру, можно привести динамику Америабанка, который занял на сегодняшний день лидирующую позицию на рынке по всем показателям в условиях органического роста. Прирост активов банка составил 39,2% при опережающем росте кредитных вложений на 63,6%. При этом общие обязательства возросли на 43,2% при росте срочных вкладов и депозитов до востребования на 41%. Для того, чтобы ответить на вопрос,  насколько эффективно сработал банк именно на кредитном рынке, можно взять один показатель для грубой оценки – это уровень генерации процентных доходов. Он достигает почти 80% от общих доходов банка при годовом их росте почти на 20%. За прошедший год объемы кредитования банк довел до 501.4 млрд драмов или $1.04 млрд. В качестве сравнения отметим, что годом ранее, за 2015 год темпы роста этих показателей были скромнее: активы возросли лишь на 29%, а кредитный портфель - на 12,4%.

Эти показателя очень важны, раз уж мы говорим о состоянии кредитного рынка. Особенно важно учесть, что в этом году впервые за последние кризисные годы динамика роста процентных доходов армянских банков, то есть доходов полученных от кредитования и ссуд, начала возвращаться в нормальное русло. То есть - она перестала уступать по темпам роста динамике процентных расходов. Одним словом, риск потери доходности, который обострился в условиях сокращения кредитного рынка в кризисной ситуации, начал смягчаться. Конечно не все банки сумели вырваться из этой ситуации, которая грозила им со временем оказаться в ловушке, но большинство из них сумели переломить эту ситуацию.

Определился ли после консолидации новый пул основных банков – лидеров? Перераспределись ли роли в системе?

Я не люблю говорить на эту тему, потому что не считаю верной концепцию, согласно которой чем больше банк по размерам, тем он надежней. Пример тому – лопнувшие в 2009 году американские гиганты. Поэтому, если уж говорить о лидерах, то с тем условием, что речь идет о банках с наивысшим уровнем активов, не более того. Хотя конечно, просматривая предварительную статистику, я лишь могу сказать, что благодаря директиве ЦБ по обеспечению шестикратного роста минимального нормативного капитала к 1 января 2017 года до уровня 30 млрд драмов, Армения лишилась условного понятия «малые банки». Эти банки и были наиболее подвержены рискам. ЦБ, вовремя спрогнозировав дальнейшеее ухудшение экономической среды в стране, принял решение, которым обязал акционеров банков накачать их ликвидностью. Это было важно для нашей небольшой и слабой экономики, которую безусловно надо было загодя обезопасить от внештатных ситуаций. При этом, конечно, страна столкнулась с издержками, причем с издержками репутационного порядка. Продав свои акции, из страны пришлось уйти некоторым «брендовым» инвесторам – немецкому «Прокредитбанку» и российскому «Газпромбанку». Это серьезные потери. Между тем, покинувший Армению казахстанский «БТА Банк», к приемру, «брендом» назвать можно лишь с большой натяжкой. Одним словом, «лес рубят – щепки летят». Но с другой стороны, с рынка ушли и явные аутсадеры, которых поглотили куда более крепкие, агрессивные и здоровые игроки. При наличии 17 банков, беспокоиться о каком-либо снижении конкурентной среды в области банковских услуг не приходится.

Очень важно, что пул лидеров банковской ситемы после процесса консолидации не изменился. Я говорил об Америабанке как о лидере. У него самые высокие показатели. Но этому банку, как и раньше, в затылок дышит такой крупный банк, как Ардшинбанк. Банк успешно обеспечил себе двойной рост, как органический, существенно повысив свои показатели за счет активной крединой политики, так и посредством фактического поглощения «Арэксимбанка – Группа Газпромбанка». Сделка укрепит позиции Ардшинбанка на рынке, увеличит уровень диверсификации активов и даст банку новых клиентов. Кстати, борьба за клиента, особенно корпоративного, стала основной стратегической линией для системы в разрезе последних 5 лет. Стагнация экономики препятствует появлению новых хозсубъектов в стране, поэтому именно захват клиентской базы, а не состояние баланса поглощаемого банка, стал главным мотивационным драйвером сделок по слиянию. Как результат, общий капитал банка возрос до 54 млрд драмов, активы Ардшинбанка возросли за 2016 год на 26% - до 504.7 млрд драмов, кредитный портфель также сильно подрос - на 23% - до 337.7 млрд драмов. На 28% возросли общие обязательства, на 23% - общие депозиты. Но главное – это клиенты!

Можно сказать, что эти два банка сегодня являются столпами нашей банковской системы?

Вы возможно берете примеры со структуры банковской системы информационно близкой нам России, где система фактически зиждется на трех контролируемых государством гигантах. В Армении пока нет таких банковских «свай», и думаю, что для нашей страны это было бы неправильно. Структура экономики другая, истоники «кеш флоу» совершенно другие, не углеводородные. Да, традиционно аналитики говорят о пятерке ведущих банков. Так третьим в списке крупнейших банков по активам идет Армбизнесбанк, четвертым «АКБА Кредит Агриколь» и пятым Банк Анелик – но все это разделение пока условно. Ведь любой банк имеет свои сильные и слабые стороны. Не знаю, стоит ли мне перечислять, кроме основной пятерки, названия и других банков, довольно успешно сработавших в прошлом году. Думаю любой может посмотреть статистику. Главное, что благодаря консолидации, банковская система страны сумела очиститься от банков, могущих стать проблемными, и значительно оздоровилась.      

Как я уже отмечал, благодаря процессу консолидации Армения получила две группы банков – условно «крупные» и условно «средние» с довольно широким диапазоном показателей. В хвосте последних стоят банки, за надежность которых беспокоится пока не приходится, однако, на мой взгляд, стоит побеспокоится их акционерам по поводу поиска собственных ниш на рынке. Иначе и этим банкам в скором времени придется «хлопнуть дверью».

То есть и вы считаете, что процесс консолидации не завершен?  

Я тоже так считаю. И объясню почему. Когда принималось решение о новом пороге капитала, экономика страны не блестала, но была далека от того депрессивного состояния, в который была втянута не только отсутствием реальных, стимулирующих развитие, реформ, но и «благодаря» новым внешним шокам. Речь идет о беспрецедентном падении уровня иностранных инвестиций и внутренних капвложении, а также беспрецедентном снижении внешних трансфертов. Последующее падение совокупного спроса и потребительских затрат, многие другие негативные экономические факторы привели к существенному снижению маржи банковских операций, и как следствие к падению доходности. Кредитный рынок продолжал дышать, но успех во многом стал зависеть от «объема легких». Как раз на это и делал ставку ЦБ. Банки, не имеющие достаточных ниш на рынке, и со слабой диверсификацией активных операций начали испытывать определенные трудности, уступать позиции крупным игрокам, благодаря масштабу играющим на понижение – понижение процентных ставок, комиссионных, увеличивающих инвестиции в технологическое развитие, снижающее текущие издержки. Так что, процесс слияний и поглощений не завершен. Как минимум еще три – четыре банка продолжают оставаться претендентами на выход с поля. Вся проблема в цене. Продавать банк в условиях депрессивного 2016 года просто было не выгодно. Легче пополнить общий нормативный капитал элементами дополнительного капитала 2 или 3 уровня, то есть субординированными кредитами и т.д., чем продавать банк по низкому коэффициенту. Думаю, так оно и будет. Как только стабилизируется ситуация в экономике и появится видение будущего, как у потенциальных продавцов, так и у покупателей, мы станем отчевидцами новых сделок.

Ведь не случайно, несмотря на существенный рост обязательств и активов, и в первую очередь кредитных вложений, чистая прибыль банковской системы за 2016 год просела аж на 29,9%, причем только за IV квартал, с учетом прочистки баллансов от токсичных кредитов, этот показатель упал в годовом выражении аж на 82,1%. Так что, несмотря на то, что все так стабильно и надежно, не все так однозначно.