Четверг, 3 Ноября 2022 18:22

АрмИнфо. Всемирный Банк (ВБ) прогнозирует замедление роста ВВП Армении в 2023 году до 4,3% (с оценочного 7%-го роста в 2022г), а Международный Валютный Фонд (МВФ) - до 4-5% (с оценочного 11%-го роста в 2022г). По инфляции и ВБ и МВФ предрекают снижение до 6,7% и 6% соответственно (с оценочных 8,5% на 2022г).

Обоснование этих прогнозов приводится в октябрьских докладах ВБ - экономический обзор Европы и Центральной Азии (ECA) "Социальная защита для восстановления", и МВФ - прогноз мировой экономики "Противодействие кризису стоимости жизни. Рост расходов на проживание из- за энергетического кризиса и войны в Украине". Позже, в начале ноября обновленный МВФ прогноз по ВВП Армении был улучшен до двузначного роста в 2022 году, вместе с чем был повышен диапазон среднесрочного роста.

Прогноз Центробанка Армении на 2023 год по росту ВВП выглядит также - 4,5%, но по оценочному росту на 2022 год разница существенная в сравнении с ожиданием ВБ - 12,9% против 7%, при этом уже не сильно отличается от ноябрьского прогноза МВФ (11%). По инфляции же ожидания ЦБ РА на 2023 год более близки прогнозу ВБ: снижение официальной годовой до 7% (с оценочных 8,6% на 2022г), и снижение базовой годовой инфляции до 6,7% (с оценочных 8,7% на 2022г). Однако, в намечаемом в ноябре обновлении прогнозов, Центробанк, по всей вероятности, откорректирует ожидания как по росту ВВП на 2022 год, так и по инфляции на 2022 и 2023 годы, с учетом новь возникших факторов, не учтенных в сентябрьском прогнозе.

В соседних с Арменией странах рост ВВП в 2023 году будет ниже

В Азербайджане по прогнозу ВБ рост ВВП в 2023 году замедлится до 2,8% (с оценочных 4,2% на 2022г), и по прогнозу МВФ - до 2,5% (с оценочных 3,7% на 2022г). А инфляция в Азербайджане по прогнозу ВБ снизится в 2023 году до 9,5% (с оценочных 12,5% на 2022г), и почти такой же спуск в 2023 году ожидает МВФ - до 9% (с оценочных 12,5% на 2022г).

В Турции по прогнозу ВБ рост ВВП в 2023 году замедлится до 2,7% (с оценочных 4,7% на 2022г), и по прогнозу МВФ - до 3% (с оценочных 5% на 2022г). А инфляция в Турции по прогнозу ВБ снизится в 2023 году до 45% (с оценочных 75% на 2022г), что почти схоже с ожиданиями МВФ - спуск в 2023 году до 36,9% (с оценочных 73,5% на 2022г).

В Грузии по прогнозу ВБ рост ВВП в 2023 году замедлится до 4,2% (с оценочных 8,8% на 2022г), и по прогнозу МВФ - до 4% (с оценочных 9% на 2022г). А инфляция в Грузии по прогнозу ВБ снизится в 2023 году до 7% (с оценочных 10,6% на 2022г), а МВФ ожидает более заметного спуска - до 3,8% (с оценочных 9% на 2022г).

В прогнозном докладе МВФ приводятся ожидания и по Ирану: замедление роста ВВП в 2023 году до 2% (с оценочных 3% на 2022г), и снижение инфляции до 35% (с оценочных 45% на 2022г).

Среди стран ЕАЭС в спаде задержатся экономики России и Беларуси

По России ВБ прогнозирует замедления спада ВВП в 2023 году до 3,6% (с оценочных 4,5% в 2022г), а МВФ ожидает замедления спада до 2,3% (с оценочных 3,4% в 2022г). Инфляция в России по прогнозу ВБ снизится в 2023 году до 5,9% (с оценочных 13,9% на 2022г), и почти такого же спуска ожидает МВФ - до 4% (с оценочных 12,5% на 2022г).

Прогноз по ВВП Беларуси на 2023 год у ВБ и МВФ разнится, но по инфляции очень схож. Так, ВБ прогнозирует замедление спада ВВП Беларуси в 2023 году до 2,3% (с оценочных 6,2% в 2022г), а по ожиданиям МВФ экономика Беларуси выйдет в 2023 году на 0,2%-ый рост (из оценочного 7%-го спада в 2022г). Инфляция в Беларуси по прогнозу ВБ снизится в 2023 году до 11,9% (с оценочных 18,7% на 2022г), что не сильно разнится с ожиданиями МВФ - спуск до 12,4% (с оценочных 18,9% на 2022г).

По Казахстану и ВБ и МВФ ожидают на 2023 год сохранения роста ВВП с ускорением темпов, а по инфляции - почти схожего снижения.  Так, ВБ прогнозирует ускорение роста ВВП Казахстана в 2023 году до 3,5% (с оценочных 3% в 2022г), а МВФ ожидает более заметного ускорения - до 4,4% (с оценочных 2,5% в 2022г). Инфляция в Казахстане по прогнозу ВБ снизится в 2023 году до 8,2% (с оценочных 14% на 2022г), а МВФ ожидает спуска до 9% (с оценочных 16,4% на 2022г).

По Кыргызстану ВБ прогнозирует сохранение роста ВВП в 2023 году на уровне 4% (против таких же оценочных темпов на 2022 год), а МВФ ожидает замедления роста до 3,2% (с оценочных 3,8% в 2022г). Инфляция в Кыргызстане по прогнозу ВБ снизится в 2023 году до 8% (с оценочных 15,2% на 2022г), а МВФ ожидает спуска до 10% (с оценочных 15,4% на 2022г).

МВФ рекомендует не откладывать "зеленый" переход

Мировая экономика продолжает сталкиваться с серьезными проблемами, вызванными затяжным воздействием трех мощных сил:  российского вторжения в Украину, кризиса стоимости жизни, вызванного постоянным и усиливающимся инфляционным давлением, и замедления темпов роста в Китае. По последним прогнозам МВФ ожидает сохранения роста мировой экономики в 2022 году на уровне 3,2% с последующим замедлением темпов до 2,7% в 2023 году. Более трети мировой экономики сократится в этом или следующем году, в то время как три крупнейшие экономики - США, Евросоюз и Китай - продолжат буксовать. Короче говоря, худшее еще впереди, и для экономик многих стран 2023 год будет рецессионным.

Вторжение России в Украину продолжает сильно дестабилизировать мировую экономику. Помимо эскалации и бессмысленного уничтожения жизней и средств к существованию, это привело к серьезному энергетическому кризису в Европе, который резко увеличивает стоимость жизни и препятствует экономической деятельности. Цены на газ в Европе выросли более чем в 4 раза с 2021 года, при этом Россия сократила поставки до менее 20% от уровня 2021 года, что повышает вероятность нехватки энергии в течение следующей зимы и в последующий период. В более широком смысле, конфликт также привел к росту цен на продовольствие на мировых рынках, несмотря на недавнее снижение цен после сделки по зерну в Черном море, что вызвало серьезные трудности для малоимущих семей во всем мире, особенно в странах с низкими доходами.

Устойчивое и усиливающееся инфляционное давление вызвало быстрое и синхронизированное ужесточение денежно-кредитных условий наряду с сильным укреплением доллара США по отношению к большинству других валют. Более жесткие глобальные валютно-финансовые условия будут влиять на экономику, снижая спрос и помогая постепенно подавлять инфляцию. Однако до сих пор ценовое давление остается довольно стойким и вызывает серьезное беспокойство у политиков. Мы ожидаем, что глобальная инфляция достигнет пика в конце 2022 года, и останется высокой дольше, чем ожидалось ранее, и лишь к 2024 году снизится до 4,1%.

В Китае частые блокировки в рамках его политики нулевого COVID нанесли ущерб экономике, особенно во II квартале 2022 года. Кроме того, сектор недвижимости, на который приходится около одной пятой экономической активности в Китае, быстро слабеет. Учитывая размер экономики Китая и ее важность для глобальных цепочек поставок, это сильно отразится на мировой торговле и экономической активности.

Внешняя среда уже является очень сложной для многих стран с формирующимся рынком и развивающихся стран. Резкое повышение курса доллара США значительно усилило давление на внутренние цены и усугубило кризис стоимости жизни в этих странах. Потоки капитала не восстановились, и многие страны с низкими доходами и развивающиеся страны по-прежнему испытывают долговые трудности. Потрясения 2022 года вновь откроют экономические раны, лишь частично залеченные после пандемии.

Риски ухудшения перспектив остаются повышенными, в то время как политические компромиссы для преодоления кризиса стоимости жизни стали крайне сложными. Риск неправильной калибровки денежно-кредитной, фискальной или финансовой политики резко возрос в то время, когда мировая экономика остается исторически хрупкой, а финансовые рынки проявляют признаки стресса.

Растущее ценовое давление остается самой непосредственной угрозой нынешнему и будущему процветанию, сокращая реальные доходы и подрывая макроэкономическую стабильность. Центральные банки по всему миру в настоящее время сосредоточены на восстановлении ценовой стабильности, в связи с чем резко ускорились  темпы ужесточения денежно-кредитных условий. Существуют риски как недостаточного, так и чрезмерного затягивания. Недостаточное ужесточение еще больше углубит инфляционный процесс, подорвет доверие к центральным банкам и лишит возможности заякорить инфляционные ожидания. Как неоднократно учит нас история, это только увеличит конечную стоимость контроля над инфляцией.

Чрезмерное ужесточение рисков может подтолкнуть мировую экономику к излишне жесткой рецессии. Как недавно заявили несколько видных деятелей, чрезмерное ужесточение более вероятно, когда центральные банки действуют нескоординированно. Финансовым рынкам также может быть трудно справиться с чрезмерно быстрыми темпами ужесточения. Тем не менее, цена этих политических ошибок неодинакова. Еще одна неверная оценка упрямого сохранения инфляции может оказаться гораздо более пагубной для будущей макроэкономической стабильности, серьезно подорвав с трудом завоеванное доверие к центральным банкам. По мере того, как экономика начинает замедляться, и возникает финансовая нестабильность, призывы к повороту к более мягким денежно-кредитным условиям неизбежно станут громче. Там, где это необходимо, финансовая политика должна обеспечивать стабильность рынков, но центральные банки во всем мире должны твердо держать руку на пульсе денежно-кредитной политики, четко ориентированной на сдерживание инфляции.

Эти проблемы не означают, что большой спад неизбежен. Во многих странах, включая Соединенные Штаты, Великобританию и еврозону, рынки труда остаются напряженными, с исторически низким уровнем безработицы и высоким уровнем вакансий. В отчете МВФ указано, как текущие условия, несмотря на быстрый рост цен и заработной платы, могут по-прежнему предотвращать спираль роста заработной платы и цен, если только инфляционные ожидания не будут сняты с якоря. Разработка надлежащей налогово- бюджетной политики, с учетом одновременного роста стоимости жизни, энергетического и продовольственного кризисов, стали острой проблемой для многих стран.

Главный экономист МВФ Пьер-Оливье Гуринша упоминает несколько важных принципов. Во-первых, для стран, где пандемия сейчас уверенно отступает, пришло время восстановить фискальные резервы. Как ярко продемонстрировала пандемия, фискальное пространство необходимо для преодоления кризисов. Страны с большим бюджетным пространством могли лучше защитить домохозяйства и предприятия.

Во-вторых, фискальная политика не должна идти вразрез с усилиями монетарных властей по сдерживанию инфляции. В противном случае борьба за снижение инфляции только продлится, возникнет риск ослабления инфляционных ожиданий, возрастут затраты на финансирование и спровоцируется дальнейшая финансовая нестабильность, что, как показали недавние события, усложнит задачу налогово-бюджетных, а также денежно-кредитных и финансовых органов.

В-третьих, энергетический кризис, особенно в Европе, - это не временное потрясение. Геополитическая переориентация поставок энергоносителей с момента войны России против Украины носит масштабный и постоянный характер. Зима 2022 года будет сложной для Европы, но зима 2023 года, вероятно, будет еще хуже. Фискальные органы в регионе должны соответствующим образом планировать и координировать свои дейтсвия.

В-четвертых, ценовые сигналы необходимы для сдерживания спроса и стимулирования предложения. Контроль над ценами, нецелевые субсидии или запреты на экспорт обходятся финансово дорого и приводят к избыточному спросу, недостаточному предложению, нерациональному распределению, нормированию, и премиям на черном рынке. История учит нас, что они редко работают. Вместо этого фискальная политика должна быть направлена на защиту наиболее уязвимых слоев населения посредством адресных и временных трансфертов. Если нельзя избежать некоторой совокупной фискальной поддержки, особенно в странах, наиболее сильно пострадавших от энергетического кризиса важно встроить политику в заслуживающую доверия среднесрочную налогово-бюджетную основу.

В-пятых, фискальная политика может помочь экономике адаптироваться к более нестабильной среде и оправиться от невзгод, инвестируя в расширение производственного потенциала: человеческий капитал, цифровизация, экологически чистая энергия и диверсификация цепочек поставок могут сделать экономику более устойчивой, когда настанет следующий кризис.

К сожалению, эти простые принципы не всегда определяют текущую политику, и во многих странах нельзя не принимать во внимание риск чрезмерно масштабных, плохо нацеленных и широко стимулирующих налогово-бюджетных пакетов.

Для многих развивающихся рынков укрепление доллара создает серьезные проблемы, ужесточая финансовые условия и повышая стоимость импортных товаров. Доллар сейчас находится на самом высоком уровне с начала 2000-х годов. До сих пор это повышение, по-видимому, в основном обусловлено фундаментальными факторами, такими как ужесточение денежно-кредитной политики в Соединенных Штатах и энергетический кризис. Надлежащим ответом в большинстве стран является скорректировать денежно- кредитную политику для поддержания стабильности цен, позволяя при этом корректировать обменные курсы, сохраняя ценные валютные резервы на тот случай, когда финансовые условия действительно ухудшатся.

Поскольку глобальная экономика движется к бурным водам, вполне могут разразиться финансовые потрясения, что побудит инвесторов искать безопасные инструменты вложения, такие как казначейские облигации США, и подтолкнет доллар еще выше.  Настало время политикам стран с формирующимся рынком задраить люки. Страны с разумной политикой должны срочно рассмотреть вопрос об улучшении своих буферов ликвидности, запросив у Фонда доступ к инструментам предотвращения кризиса. Заглядывая вперед, страны также должны стремиться свести к минимуму влияние будущих финансовых потрясений за счет сочетания превентивных макропруденциальных мер и мер по управлению движением капитала, где это уместно, в соответствии с рекомендуемой МВФ Комплексной стратегической основой. Слишком много стран с низким уровнем доходов находятся в состоянии долгового кризиса или близки к нему. Срочно необходимо добиться прогресса в направлении упорядоченной реструктуризации долга с помощью Общей концепции Группы двадцати, что  наиболее пострадавшим очень нужно для предотвращения волны кризиса суверенного долга.  Наконец, энергетический и продовольственный кризисы в сочетании с экстремальными летними температурами резко напоминают нам о том, как мог бы выглядеть неконтролируемый климатический переход. Необходимы серьезные действия для реализации политики, которая предотвратит катастрофические изменения климата.

"Эта политика может иметь некоторые скромные неблагоприятные последствия для экономической активности и инфляции в краткосрочной перспективе, которые меркнут по сравнению с катастрофическими издержками бездействия. Важно отметить, что эти затраты резко возрастают по мере того, как мы откладываем <зеленый> переход. Вывод ясен: своевременный и заслуживающий доверия переход не только имеет решающее значение для будущего нашей планеты, но и способствует макроэкономической стабильности. Прогресс в климатической политике, а также в разрешении долгов и других целевых многосторонних вопросах докажет, что сфокусированный многосторонний подход действительно может обеспечить прогресс для всех и преуспеть в преодолении давления геоэкономической фрагментации", - подытоживает вышесказанное экономический советник и Директор исследовательского департамента МВФ Пьер-Оливье Гуринша.

ВБ рекомендует: Реформирование систем социальной защиты спасет от потрясений "зеленого" перехода

Всемирный Банк предупреждая, что с "зеленным переходом" могут исчезнуть целые отрасли или специальности, рекомендует правительствам адаптировать политику социальной защиты к быстро меняющимся условиям рынка труда путем проведения регуляторных реформ. Хорошо разработанные программы помощи в трудоустройстве и другие активные меры политики на рынке труда, такие как обучение навыкам, поддержка предпринимательства и посредничество, могут быть полезными для достижения этой цели. Системы социальной защиты стран ECA неоднородны по своей дистанции до этой оптимальной конструкции. Во многих странах нормой являются категориальные, нецелевые пособия по социальной помощи и страховые взносы. В других уже идет процесс перехода к проверенным на нуждаемость и более эффективным схемам. Существуют явные возможности для реформирования систем социальной защиты в странах ECA, которые позволят лучше защитить своих граждан от краткосрочных потрясений и долгосрочных структурных изменений.

Реформирование систем социальной защиты может потребовать значительных затрат. Длительные последствия пандемии и экономический шок от войны привели к перегрузке бюджетных систем и поставили многие страны Европы в бедственное финансовое положение. Низкая налоговая база и высокая степень неформальности создают серьезные проблемы для получения доходов устойчивым в финансовом отношении способом для стран ECA с уровнем дохода ниже среднего. В этих условиях смешанный подход схем безнакопительного (финансируемого государством) и накопительного финансирования может представлять собой наиболее рентабельный механизм защиты уязвимых слоев населения и содействия восстановлению экономики. Ключом к успешному внедрению таких систем также является более широкое использование цифровых инструментов для управления огромными объемами административных данных, необходимых для мониторинга благосостояния домохозяйств и отдельных лиц, а также для разработки более целенаправленных программ.

Смешанный подход может быть основан на государственной политике, такой как гарантированный минимальный доход, схема отрицательного подоходного налога или универсальный базовый доход - программах, предназначенных для защиты людей от катастрофических потерь независимо от их статуса занятости или типа трудового договора. Как минимум, программы должны быть проверены на нуждаемость, чтобы гарантировать, что они охватывают самых бедных и тех, кто сталкивается с наиболее серьезными потрясениями. Потеря работы и временная безработица должны быть застрахованы национальными программами, поддерживающими доход в период безработицы, а не предусмотренными работодателем механизмами по выплате выходного пособия.

Помимо потрясений, вызванных пандемией и войной в Украине, рынки труда в регионе ECA претерпевают изменения, к которым системы социального страхования на основе занятости могут быть не готовы. В странах с формирующимся рынком и развивающихся странах региона ECA около 17% рабочей силы имеют временную и/или неполную занятость - эта доля превышает 30% среди молодых работников и увеличилась за последние два десятилетия.

Повышение цен на энергоносители и продукты питания уже затрагивает уязвимые группы по всей ECA, и системы социальной защиты в регионе быстро начали решать эти проблемы, расширяя схемы субсидирования коммунальных услуг способами, которые могут быть неэффективными, недостаточными и неустойчивыми с финансовой точки зрения. ВБ считает, что нужен более целенаправленный подход.

"Оглядываясь назад на меры социальной защиты стран ECA в связи с пандемией COVID-19, можно сказать, что страны с формирующимся рынком и развивающиеся страны региона в среднем тратят около 2,3% ВВП на меры социальной защиты, в то время как средний показатель в остальных странах мира составляет 1,4% ВВП. Страны ECA тратят в среднем 1% ВВП на политику защиты рабочих мест, в то время как средние расходы в других регионах мира составляют всего 0,4% ВВП. Межстрановой анализ показывает, что с начала пандемии до конца 2021 года политика защиты рабочих мест, по-видимому, сдерживала сокращение занятости, рост неактивности и уровень бедности, но не оказывала явного влияния на восстановление ВВП", - отмечается в докладе ВБ.

Глобализация, демографические тенденции и технологические инновации меняют европейский рынок труда, корректируя институциональные и договорные механизмы и создавая неравенство и уязвимость в различных сегментах. "Зеленый" переход повлечет за собой переориентацию экономики на устойчивые методы производства и потребления, что негативно скажется на благосостоянии работников, занятых в "коричневых" отраслях. ВБ признает также возрастающую роль системных рисков, связанных с экономикой, здоровьем или климатом, в росте бедности и уязвимости. Системы социальной защиты в ECA необходимо будет реформировать для решения этих проблем и обеспечения надлежащей защиты работников и их семей. Ключевыми политическими вопросами в этом контексте являются следующие: должны ли страны защищать рабочие места или доходы работников, и должны ли схемы социального страхования быть накопительными и привязанными к конкретным трудовым отношениям сотрудников.

Вторжение России в Украину спровоцировало массовый кризис перемещения людей, усугубив и без того высокий глобальный уровень беженцев. Прогнозируется, что производство в Европе и Центральной Азии (ECA) сократится на 0,2% в 2022г., отражая негативные последствия вторжения. Эскалация геополитической напряженности спровоцировала возможный энергетический кризис в Европе.  Если война обострится, региональный объем производства может снизиться еще больше. По прогнозу ВБ, в 2023 году объем производства в ECA вряд ли вернется к росту, а рост ВВП составит лишь 0,3%, и эти ожидания основаны на замедлении инфляции, ужесточении условий глобального финансирования, ослаблении внешнего спроса и устранении проблем в цепи поставок. Затянувшаяся война, скорее всего, усилит неопределенность политики и разрушит региональную торговую и инвестиционную интеграцию.